Главное меню



Новости литературы

Творчество, пожалуй, самого известного английского классика Уильяма Шекспира, подверглось резкой критике со стороны современных знаменитостей.
Странная кижка — под книгу для менеджера от менеджера вполне успешно мимикрируют старческие мемуары и попытки оправдать свои поступки на должность CEO компании Ford. Но нас не проведешь!
Кинофестиваль «Литература и кино», где все фильмы созданы по мотивам литературных произведений, открылся 10 марта в Гатчине.

Дмитрий Дмитриевич Белый

07-06-2017

Какой бы вид имела история событий, происходивших в Украине несколько лет перед тем, если бы ее написали за бесконечными рассказами в чешских кафе!

Но то, что я услышал весной 1926 года, навсегда изменило все мои представления о прошлом моей далекой Родины.

2 (Таинственный полковник)

Я давно заметил довольно крепкого, но, в то же время, и изысканного мужчину, который несколько месяцев каждый вечер заходил в кафе. Он садился за столик недалеко от нашего общества, но ближе познакомиться с нами не пытался. То, что он наш, было видно сразу. И все же он отличался от нас, и скорее всего взглядом, который был направлен сквозь стены с гравюрами и терялся где-то в дебрях волынских лесов. Иногда он появлялся в других кофейнях, где собирались наши воины. Его замкнутость и молчаливая поведение могли казаться подозрительными, но я даже не допускал мысли, что это агент ГПУ - слишком сильно прошлое владело этой явно незаурядным человеком.

Как я уже сказал, случай помог нам познакомиться. В тот вечер все были чрезвычайно подавлены - известие о гибели Атамана словно сразу доказала, что каждый понимал, но надеялся, что ошибается, - возвращение тех времен невозможно. Мы все словно стали мудрыми и грустными старцами. Мы поняли, кто мы есть - почему спасены, постепенно рассеянные по миру, мы уже никогда не будем идти в конной атаке на бронепоезда, никогда не будем, отправив последний пушечный снаряд в наступающую кавалерию, хвататься за тесаки и погибать под копытами, не будем выходить с холоднояривських лесов выслеживать продотряды, мы не будем! И мы очень хорошо поняли, кем мы будем без Атамана!

В это время в кафе зашел какой-то подвыпивший господин, не замеченный нашими ветеранами, которые сдержанно обсуждали то, что произошло в Париже. Вдруг мы услышали, как от стойки прозвучало:

- За ваше здоровье, господа! Кажется, вы остались главаря своей банды?

Если бы в кафе ворвалась вся Красная Армия во главе с Троцким, мы бы восприняли это гораздо спокойнее. Между тем господин, дерзко вытаращив глаза, смотрел на нас, подняв напивспустошену рюмку с водкой. Кто это был - нажлуктавшийся в конец белоэмигрант, некий бывший "Титулярный советник", а в эмиграции коммивояжер, провокатор, агент ГПУ, а скорее и то и другое, уже не имело значения. Украинские ветераны начали медленно подниматься.

Первым у панка оказался сотник Кожух, всегда спокойный и насмешливый кубанец, студент украинский Сельскохозяйственной Академии:

- За здоровье говоришь, собачий сын?

- А что, ребята, помянем отца? - Прозвучало многозначительное вопрос чотарь Макаренко.

Из-за чьей спины я увидел, как лицо панка постепенно меняет цвет с свекловичного на пепельный. Учитывая многоязычную молчание, я понял: еще минута и господин разлетелся бы на такие мелкие части, которые не нашло бы все ГПУ и ВЧК вместе взятые.

- Давайте, господа, с этим проще будет, чем с Буденным!

Словно холодный дождь упал с потолка на наши головы. Спокойный, чуть ироничный, но в то же время и бесконечно печальный голос нас отверезив. Все оглянулись - незнакомец все так же сидел за столиком перед кружкой пива и смотрел на нас. Взгляд его был холоден и пронзительный, он проходил сквозь нас и, в то же время, притягивал, словно только он мог дать ответ на все наши вопросы. Стало очень противно и за нашу бессильную ярость, и за нашу растерянность, больно за наше бессилие и нашу одиночество. Мы вдруг увидели себя со стороны, - два десятка ветеранов Армии, которая бросила вызов всему враждебному миру, собираются мстить полумертвом с перепугу пьяницы.

Только Кожух, который все дела в своей жизни доказывал к завершению, осторожно развернул уже совершенно трезвого панка и мощным пинком придал этому такого ускорения, то уже через час мог отчитываться в Кремле о положении дел в Чехословацкой Республике.

Через час кофейня уже была пуста. Хозяин, господин Длугош, вытирал кружки, с благодарностью поглядывая на незнакомца, который спас его заведение от опасного скандала. Я тоже начал собираться домой с последними посетителями. Как всегда, мы были вдвоем - среди нашего объединения я довольно искренне подружился с сотником кожухом.


Другие статьи по теме:
 Стринаглюк Любомир
 Шкрумеляка Юрий
 Павич
 ч.2 Выдающиеся писатели Прикарпатье
 ч.6 Выдающиеся писатели Прикарпатье

Добавить комментарий:

Введите ваше имя:

Комментарий: