Главное меню



Новости литературы

Творчество, пожалуй, самого известного английского классика Уильяма Шекспира, подверглось резкой критике со стороны современных знаменитостей.
Странная кижка — под книгу для менеджера от менеджера вполне успешно мимикрируют старческие мемуары и попытки оправдать свои поступки на должность CEO компании Ford. Но нас не проведешь!
Кинофестиваль «Литература и кино», где все фильмы созданы по мотивам литературных произведений, открылся 10 марта в Гатчине.

Такие вещи наказываются слишком строго

31-05-2017

Еще раз намилюешся. И тогда слышишь, как там, за стеной, она снова начинает петь ...

Разочарование навеки поселилось в этих стенах, которые, кстати, никогда не покроются мемориальными досками. Но дело не в этом. Дело в другом - это дом, где разбиваются лбы. Здешние сюжеты е настолько однообразными и повторяющимися, что речь идет, очевидно, о мифе. Или о схеме с двумя-тремя вариантами. Вот один из вариантов.

Семнадцатилетний лирический юноша, назовем его Слава, вкладывает рифмованные строфы, списывает в общую тетрадь и прячет в секретном месте пидунитазним бачком. Стихи, как правило, носят названия, производные от романтических женских имен: «Аэлита», «Кон-суела», «Анготея», «Айседора», «Лолита». Бесспорно, что здесь кроется одна и та же существо, преимущественно Люся или Нюся, одноклассница, которая и не догадывается о существовании в природе таких вещей, как сублимация.

Наступает день, когда юноша Слава тайком высылает стихи с женскими именами, эти душевные поллюции, на конкурс в московский институт. С началом весны он покрывается прыщами и веснушками, и именно тогда из Москвы поступает ответ. Млея от нетерпения, Слава разрывают конверт и узнает, что успешно прошел творческий конкурс. Всесоюзных масштабов фамилия, известное ему по школьных хрестоматий, числящаяся в подписи, делает нашего лирика просто-таки збаранилим от счастья. Летом он покидает свой завшивленными, дурацкий, свой гнусный Партизанск или Мухоморськ, город химиков, и отправляется на завоевание Москвы. Фотокарточку с Люсей-Нюсей хранит в самых неожиданных местах.

Ему, конечно, удается поступить. Но на этом и заканчивается вся поэзия. Далее - даже не проза. Стихи ушли, потому что так захотел Тот, Кто их диктует. Любовь к Люсе иссякло, так Слава понял, что она также ходит в туалет. На лекциях и семинарах мухи дохнут от скуки. Посещать всевозможные еврейские театры или читать забрызгано слюной Мережковского он просто не создан. Любоваться Василием Блаженным или мавзолеем вечно не будешь, к тому же, чем там есть любоваться? И он постигает нечто иное: строгий, как мачеха, общежитской науку действительности. Неделями не нарушает границ своего этажа, а если нарушает, только чтобы притарабаниты для друзей бухла от вьетнамцев или удачно расположенного рядом таксопарка. Спит иногда в непосредственной близости от мусоропровода, иногда головой в мивальнику, ногами на север. Алка с вырезанной правой грудью делает его мужчиной, от чего он надолго теряет всякую охоту. Зато Вольдемар с Даугавпилса, ветеран молодежных движений и паломничества на Восток, пробуждает в нем сплю влечение к анаши. На третьем курсе лирический Слава уже напоминает растоптанного судьбой педераста с болезненным телом и исчерпанной душой. Иногда он похищает кусок мяса с чужого Баняка на общей кухне. От него струится стойкий запах мочи и дешевого табака. До пятого курса Идет пытается что-то с чем зарифмовать, но выходит из этого всяческое говно. Наконец, оно всегда было говном, как в известном анекдоте про чукчу. Наступает день, когда он готов резать себе вены. Ну да ничего, ничего.


Другие статьи по теме:
 Сад Гетсиманський
 С камней и сна
 Остается думать
 Это появилось в ближнем
 Среди темной ночи

Добавить комментарий:

Введите ваше имя:

Комментарий: