Главное меню



Новости литературы

Творчество, пожалуй, самого известного английского классика Уильяма Шекспира, подверглось резкой критике со стороны современных знаменитостей.
Странная кижка — под книгу для менеджера от менеджера вполне успешно мимикрируют старческие мемуары и попытки оправдать свои поступки на должность CEO компании Ford. Но нас не проведешь!
Кинофестиваль «Литература и кино», где все фильмы созданы по мотивам литературных произведений, открылся 10 марта в Гатчине.

Тигролови

18-04-2017

«Еще и головушка. и никто не заплачет по белому телу ... »

Часовой перестает бить в стенку, не в силах оборвать песню. Мелодия все больше становится мощной, кипит, бурлит.

Поезд летит со скрежетом и гулом, и, может, это не песня уже, может, ему в этом водовороте скрежета и неистовства мерещиться уже когда слышанное, а может, когда и самим распеваемой, может, то поезд свистит и гудит, может, грохотом и клокочут колеса, может, это ветер сибирский гудит стоголосое. Часовой обнял ружье и так стоит, трудно опершись спиной о стенку.

«Да только заплачет, только зарыдает другом своим. товарищ его ... »

Облака едущего дыма щекочут ноздри, душат за горло; дьавольской хохотом ревет «Й.С.».

«Ой, брат мой, брат, - товарищ родной. может, я умру. Может, я и умру ... »

Наводнение меряно тоски, или гнева, а угрюмого грусти. Вьется и песня над драконом, стелется над торами, бьет крылом под колесами. А он ее режет, он ее давит, он ее раздирает на куски, заметает остатки огненным хвостом и летит, летит.

А за ним тянутся две кровавые, две бесконечные полоски, - мелькают, блестят. Две жилки выдохшись из песни, нет, из сердца выдохшись, - протянулись аж вон там и тянутся следом. С отечества утраченной тянутся вслед за тем сердцем, висотуються из него, набухшие кровью напнулись к беспредела и никак не могут оборваться.

«Может, я и умру. может, я и в мру.Та сделай мне, брат, товарищ родной, с клен-древа гроб ... »

Поезд врывался в тоннеле и чертовски просовгувався сквозь них, как патрон сквозь люфу пушки, пытаясь стереть песню и кровавый след за собой, и не одставала песня и не прерывались кровавые жилки.

Мелькали сильветы гор. Приамурская дебри. Сопки и кряжи Малого Хингана. Разъезды. Блокпосты и станции. Услужливые семафоры издали поднимали руки и испуганно принимали «на караул» - идет этап! издали звенели попередливи сигналы в блокпостах:

- Идет е т а п!

Все розступалося, и он пролетал со свистом и ревом, этот призрак.

Через некоторое время эшелон снова остановился. Вновь бежали Аргат по крышам вагонов. И снова бежал начальник этапа и останавливался у среднего вагона, задрав голову:

- Многогрешный!.

- Я.

- Зовут!.

- Г р и г о р и и!

Начальник возвращался, а его провожали две мерцающие точки и сдавленным, чем дальше, тем розпучливишим гневом вдохновляемое:

- Бережешь-ш!. С-с-собака!


Другие статьи по теме:
 Культура Древней Индии
 Прошло еще несколько праздничных дней
 Такие вещи наказываются слишком строго
 За ними гнались несметные полчища
 Еще двумя волнами

Добавить комментарий:

Введите ваше имя:

Комментарий: